![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
iereiсвящ. Станислав Тышкевич.
книга Церковь Богочеловека.
Глава восьмая
ПОСЛУШАНИЕ Продолжение главы
Св. Василий Великий видел в послушании основу христианского подвижничества. «Отрекшийся себя самого, отложивший все свои хотения, делает не то, что хочет, но то, чему его учат... Надобно стараться, чтобы не находила себе пищи страсть самомнения, и чтобы не нарушалось правило послушания и благопокорности... Такова мера послушания, что оно должно простираться до смерти,.. Непослушание вообще есть корень многих и великих зол... Поелику Господь говорит: о себе не приидох, но Той Мя посла, то не тем паче ли каждый из нас не должен давать себе воли? Ибо кто даёт себе волю, тот явно страждет высокомудрием и подлежит суду Господа... Получивший приказ не должен прекословить, потому что предел послушания — послушание до смерти... Должно повиноваться тому, кто понуждает к исполнению заповеди, с таким же расположением, с каким дитя, одолеваемое голодом, слушается кормилицы, которая зовёт его ко вкушению пищи, и с каким всякий человек ищущий себе пропитания, слушается того, кто даёт ему средства для жизни; вернее же сказать, гораздо с большим ещё расположением, поколику вечная жизнь предпочтительнее настоящей...
(Подвижник должен) даже до смерти показывать стойкость мучеников, как держась заповедей Божиих, так и соблюдая послушание наставникам. Как Бог… так и духовный у людей отец, соображающий распоряжения свои с Божиими законами, требует беспрекословного послушания... Приступающие к изучению благочестия и святости... даже не будут допытываться на каком основании даётся им приказание, но станут исполнять сказанное дело... Противящийся наставнику не явно ли противится Божию повелению, особливо же, когда Апостол ясно повелевает во всём повиноваться духовным вождям?... И никто да не думает, что... благопокорность людям надменно осмеливаюсь уподоблять тому послушанию, каким мы обязаны Богу. Не по собственному своему изволению, но согласно с самыми божественными Писаниями делаю это уподобление... Слушали вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отметается. А что сказанное апостолам узаконил Он о всех и после них наставниках, сие можно подтвердить многими и несомненными свидетельствами божественного Писания и самыми ясными доводами...» - (Творения св. Василия Великого, третье изд. Москов. Духовной Академии, часть пятая, С) подвижничестве, Сергиев Посад, 1892, стр. 168, 170, 248, 249, 261, 267, 393, 405. Патролог о. Г. Флоровский пишет в своей книге Восточные Отцы IV Века (Париж, 1931, стр. 61): «Св. Василий... восходит к идее Церкви как тела Христова, — из неё вытекает общежительный идеал. Монашество должно быть некоей малой Церковью, тоже телом. Из этого идеала св. Василий выводит заповедь послушания и повиновения игумену даже до смерти, ибо игумен или предстоятель являет самого Христа, и органическая цельность тела предполагает согласованность членов и подчинённость главе». Это признание ведёт к следующему заключению: роль папы в Церкви должна быть подобна и пропорциональна роли игумена в монастыре.)
Св. Феодор Студит, монастырский устав которого «ещё во времена Феодосия Печерского введён был в употребление в русских обителях» - (Прп. Феодора, игумена Студийской обители, Огласительные Поучения, изд. Оптикой Пустыни, Москва 1872. предисловие издателя, стр; V.)
Полагал, что без послушания заместителям Бога на земле невозможна христианская духовная жизнь. Нижеследующие выдержки извлечены из его «Огласительных Поучений» (изд. Оптиной Пустыни, 1872). Чтобы духовная жизнь была в безопасности, надо быть послушным настоятелю «как железо ковачу» (стр. 53). Все должны стараться «совершать досточудные дела послушания» (стр. 56). Бог пошлёт в ад «тех, которые здесь живут без повиновения и по своей воле» (стр. 57). Жизнь вечная достигается через «отсечение воли» (повсюду в книге). «Один другого превосходите послушанием» (стр. 82). «Потщимся совершать боголепное и преподобное послушание без рассуждения» (стр. 93). Подвиг послушания равен подвигу мученичества (стр. 95). «Мученического венца сподобляет нас повиновение с послушанием» (стр. 176) «Основание добродетелей» - «блаженное и мученическое отсечение своей воли» (стр. 229). Послушание «небозванно» (стр. 9). «Кто держится своей воли, тот скорбит, смущается, многоразлично увлекаясь и заблуждая мыслями своими» (стр. 101). Любовь и соборное единомыслие достигается через послушание одному, начальнику (стр. 109). « Иисус Христос избрал не пустынное или столпническое житие, но образ и правило повиновения» (стр. 113). «Он (Христос) снизошёл с небёс на землю, дабы и мы помыслом устранились от нашей воли» (стр. 143). Послушание человеку, подобно крещению, необходимо для спасения (стр. 275).
Исаак Сириянин говорил, что непослушный «уподобляется свинье, которой нет закона»; (Слова Подвижнические, Сергиев Посад, 1893, Слово IX, стр. 53) то же резкое сравнение мы находим у Студита: «Ужели будем свирепеть, подобно свиньям? Почему лучше не вкушаем мы сладости смиренномудрия? Почему не обучаемся тщательно искусству послушания?» (стр. 146). Послушание людям безусловно необходимо, ибо Христос «не повиновался ли родителям?» (стр. 148); нет ничего лучше «Христоподражательного послушания» (стр. 229). Чистота веры, мир и «неразрывное единство» обеспечиваются «послушливостью» (стр. 150). Непослушный «пребывает бесплодным и нераскаянным» (стр. 158). Послушание человеку, Христа ради, есть «не человеческое, но божественное» (стр. 165). «Послушание может укрощать и зверей... Послушание и над мёртвыми чудодействует... Сын Божий, послушлив был даже до смерти, совершил спасительное искупление мира» (стр.328). «Кто раб человека и вместе с тем верен и благоговеен пред Богом, тот свободен» (стр. 237). В другом издании творений св. Феодора Студита мы читаем: «Благо нам, которые прежде смерти сделались мёртвыми посредством умерщвления себя послушанием.., Кто беспрекословно повинуется и побуждает себя ко всякому благому послушанию, назовётся сыном Божиим». (Творения, изд. С.П.Б. Дух. Акад., т. II, 1908, стр. 84 и след) Вот почему св. Феодор Студит был таким убеждённым поборником папского вселенского учительства.
Приведём ещё несколько характерных свидетельств.
«Кто будет жить по своей собственной воле, тому Бог ни в чём не будет оказывать помощи, и того Он отдаст во власть демонов... Повинуйтесь отцу своему » - (Св. Антоний Великий; см. «Христианское Чтение», XXXVI, стр. 146.)
По поводу слов Св. Писания: «Имже несть управления, падают аки листвие» (Притчи 2, 14), авва Дорофей говорил: «Мы имеем нужду в таких людях, кои, по Боге, управляли бы нами». (См. «Христ. Чтение», ХXXIX стр. 33)
Св. Исидор Пелусиот: «Подвижничество делает всё из послушания, по мановению вождя ». (Творения. Москва, 1859, ч. I. cтp. 164.)
Св. Пахомий: «Исполнять волю свою есть самое первое зло. Кто исполняет волю свою, тот не будет иметь познания о Боге». Из «Правил» св. Пахомия видно, что он смотрел на послушание, как на единственную верную основу духовной жизни. (Наставления; см. «Христ. Чтение». 1827. стр. 285.)
Блаж. Диадох: «Известно, что послушание есть первая добродетель... Вступающие в брань против надмения диавола должны прежде всего стараться о послушании» .(Подвижническое Слово: см. «Христ. .Чтение » 1827, стр. 36)
Блаж. Иероним Стридонский: «Даже бессловесные животные и стада диких зверей следуют своим вожакам. У пчёл есть матки, журавли летят за одним... Всякий чин церковный поддерживается своими правителями. На корабле один кормчий; в доме один господин; в войске, хотя бы и весьма большом, дожидаются сигнала одного» (Письма, п. 101, изд. Киевской Дух. Акад.. кн. V. ч. III, Киев. 1904. стр. 285)
В своём труде о Православной Вере св. Иоанн Дамаскин, обращаясь к епископу Майюмы, писал: «Так как плод преслушания - смерть, тогда как смиренный и послушный подражатель Христов до конца восходит на высоту и приобретает от Бога световодящую благодать и, отверзая уста, исполняется духа, очищает сердце, просветляет разум и, едва открыв уста, начинает говорить, не заботясь о том, что скажет, являясь органом говорящего чрез него Духа, - то, повинуясь Христу, Который священноначальствует в вашем лице, подчиняюсь повелению...». (Собрапие творений, т. I, СПБ. 1913 стр. 46.)
Итак, без послушания заместителям Бога на земле, нет благодатного единения со Христом, нет чистой любви к Богу и к ближнему, нет братской соборности, нет церковной жизни, нет чистой веры, нет истинного Православия.
Из приведённых и многих других свидетельств Св. Писания и Предания следует:
1) Послушание представителям Бога на земле должно воодушевлять не только начинающих, но и преуспевающих в духовной жизни. Так как оно является безусловно необходимым двигателем святости, к которой все христиане призваны, то без него не могут продвигаться к благодатному совершенству ни младенцы и новички, ни старцы у гробовой доски; ни миряне, ни клирики; ни священники, ни епископы.
2) Внешний порядок, дисциплина, стройность, практичность и т. д., всё это только второстепенные плоды церковного послушания. Послушание священноначальникам есть прежде всего фактор внутренней, благодатной, обоженной жизни. Им существенно изнутри созидается таинственное тело Христово, святая Церковь: Церковь созидается Божией благодатью, которая даётся только смиренным, послушным. И так как может быть только одна Христова благодатная жизнь, то в подлинной Церкви Христовой может быть только одна иерархия, то-есть подчинение всех членов епархии одному епископу, а всех епископов (или патриархов) — одному всецерковному архиерею. Согласие между собой нескольких поместных- или национальных иерархий недостаточно, ибо такое согласие, не оживляемое Христовым началом послушания одному общему руководителю, всегда будет половинчато, не органично, почти призрачно.
Там, где, по независимым от Церкви внешним причинам, послушание одному объединяющему верховному пастырю неосуществимо или ещё не налажено, не организовано, благодать Божия восполняет вытекающий оттого недочёт в сердцах верующих и пастырей; так бывает нередко в далёких миссиях, так было в значительной мере и с первоначальной Церковью в эпоху великих гонений, когда к тому же всё в Церкви — обряды, иконопочитание, догматика, всецерковная соборность и т. д. - было мало развито. Но этим нисколько не оправдывается постоянное принципиальное отрицание высшей степени церковной иерархии.
В Корее в прошлом столетии вследствие жестоких гонений католики несколько десятилетий оставались без священников и без таинств; Господь, в виду их усердия в посильном исполнении Его заповедей, преисполнял их обильной благодатью и любовью; но из этого вовсе не следует, что священники и таинства должны быть повсюду и навсегда устранены.
3) Будучи живым таинственным телом Христовым, Церковь есть в то же время «дом» Божий, Христово вселенское освящающее учреждение, однородное по своему основному началу со всеми поместными церковными учреждениями, объединениями, институтами, имеющими своею целью то же соборное стремление к святости, духовной любви и свободе Христовой. Все эти объединения или учреждения построены на принципе подчинения многих одному человеку: епископу в епархии, настоятелю в приходе, игумену в монастыре, ректору в семинарии и т. д. Почему делать исключение для всей земной Церкви Христовой, в строении которой ведь больше всего должны проявляться Христовы начала и заветы? Лишённая видимого верховного руководителя, земная Церковь была бы чужой, внешней, инородной по отношению к составляющим её объединениям, группировкам, „малым церквам"; она не была бы одним устремлённым к святости обществом, живым союзом, а только каким-то мёртвым, привнесённым, посторонним вместилищем этих объединений и церквей, что коренным образом противоречит учению ап. Павла об органической природе Церкви. Такая Церковь оказалась бы какой-то расплывчатой средой, в которой были бы погружены освящающие институты и церковные объединения; но ведь Церковь есть нечто гораздо большее чем
«вместилище» или «среда», она есть живой организм, отдельные
части которого представляют собою как бы её повторения, поместные осуществления. В Царствии Небесном, где все уже достигли определённой степени святости, уже не нужны ни послушание человеку, ни епархии, ни таинства, ни учительство; там Церковь уже не будет «совершенным обществом», не будет никаких канонических установлений, не будет папства; но на земле все эти учреждения или институты необходимы, ибо они установлены Спасителем именно для того, чтобы приводить людей к небесной Церкви.
4) Церковное послушание должно быть всесторонним, вселенским, католическим. Недостаточно для достижения святости подчиняться только своему духовному отцу. Церковь не есть сопоставление личностей, какая-то «коллекция», она есть соборное тело; по этой причине надо тоже подчиняться настоятелю того церковного объединения, к которому принадлежишь (приход, монастырь и т. п.), ибо целью всех группировок является та же святость, поскольку она достигается общими согласованными усилиями.
Именно это послушание иерархическому начальству отцы Церкви имеют главным образом в виду, когда они говорят об освящающем действии послушания. Именно иерархическое повиновение многих одному, создавая единодушие, располагает всех к восприятию благодатного единения, сверхприродной любви, то-есть самой сущности духовной жизни и святости.
Христианское послушание должно распространяться как на отдельные или преходящие веления начальствующего, так и на постоянные всецерковные законы, или каноны, и на поместно-церковные предписания.
Католичность послушания требует, чтобы оно касалось всех факторов спасения, каковы: приумножение благодати таинствами, всё нравственное поведение, литургическая жизнь, применение канонического права, аскетические и апостольские подвиги и, в особенности, восприятие веры и связанных с верою истин. Канонически законно поставленные архипастыри являются преемниками апостолов, которым было сказано именно «учите», конечно истинам веры, учению Христову, а не посторонним наукам или только административной церковной практике; кто не слушается учащей Церкви, тот Самого Христа отвергает: Отвергающийся вас Меня отвергается (Лк. К), 16).
Надо слушаться своих наставников и пастырей всеми способностями своей души, не только внешним исполнением распоряжений начальства. И это вполне понятно: подлинное католическое послушание есть прежде всего осуществление любви, а любить Бога следует всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всей крепостию твоею, и всем разумением твоим (Лк. 10, 27).
5) Послушание укрепляет все христианские добродетели; благодаря ему, они из отвлечённых возможностей или вялых начинаний становятся реальными, живыми, великими силами души. Но чтобы укреплять другие добродетели, само послушание должно, со своей стороны, воодушевляться ими, стремиться к ним. Для вполне католического церковного послушания необходимы:
а) Смирение, глубокое познание и сознание своего ничто жества перед Богом, своего несовершенства, своей греховности; это сознание должно быть насквозь проникнуто упованием на Божию помощь, которая сообщает послушанию всю его сверх природную ценность.
б) Сверхприродный свет веры, надежды и любви. Дела послушания следует творить из побуждений имеющих своё основание в данных Откровения Христова. Мы повинуемся «пастырям и учителям» не ради земного благоденствия, а к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова (Ефес. 4,11-12) . Святые подвиги послушания следует совершать в духе благодатной любви к Богу и к ближнему, в духе той сверхприродной свободы, которой так дорожил апостол: без любви послушание было бы лишено своего подлинного смысла и назначения, оно превратилось бы в несовместимое с католическим духом рабское повиновение. Назначение послушания — следуя Божиим велениям, - сообщаемым нам настоятелями, на то от Бога поставленными, приводить людей к Богу, Любви вечносущей, проникаться любовью и сообщать её другим; где этого нет, послушание перестаёт быть послушанием, становится подделкой, обманом, фарисейством.
в)Чистота намерения, высшее целомудрие, устранение побуждений мешающих великому делу соборного спасения людей во Христе; кто повинуется церковной иерархии по побуждениям национальным, классовым или другим, не подчиняя их высшему закону всечеловеческого соборного единения всех во Христе, в том нет подлинного Христова послушания.
г) Дух мужества и радостной жертвенности. Послушание настоящего христианина есть продолжение в таинственном Теле Христовом Христова жертвенного послушания. Подлинное послушание есть великий трудный подвиг, коренным образом претящий нашей нравственной испорченности; тут надо великодушно отказаться от всякого себялюбия и самочиния, от гордой независимости, от эгоистических затей. Кто слушается лишь в том, что ему нравится и что подходит к его личным или коллективным взглядам или национальным настроениям, тот ещё далёк от христианского подвига послушания. Иисус Христос шёл путём послушания; говорить, что этот путь «лёгкий и удобный», то же что издеваться над Искуплением. Повиноваться, ради исполнения воли Божией, людям, слабым и грешным существам, особенно в вопросах религии, по всеобщему признанию вовсе, не легко. Христианское послушание нисколько не исключает «мучительного искания» воли Божией; в Церкви Христовой «авторитет» разрешает сомнения повинующегося — и притом свободно и с любовью повинующегося — только после того, как он сам сделал всё что мог, чтобы в молитве и размышлении познать свою обязанность. Потому-то в католичестве «подвиг свободы» находит более широкое и всестороннее применение, чем вне его, доказательством чему может служить хотя бы повсеместное распространение «духовных упражнений» св. Игнатия. Папские окружные послания очень часто призывают верующих к евангельской жертвенности — великодушной, радостной, свободной, любящей.
д) Рассудительность. Слушаться людей надо постольку, поскольку они являются орудиями Божьего волеизъявления. Каждому начальнику мы обязаны послушанием в области его полномочий, его служения. Настоятелю прихода следует подчиняться во всём, что касается приходского благочиния и в пределах указанных каноническим правом; гражданской власти надо повиноваться в гражданских делах, но когда эта власть, без согласия верховной церковной власти, вмешивается в церковные дела, христианская совесть запрещает исполнять её приказания. Папе Римскому все христиане должны повиноваться поскольку он является верховным вселенским архипастырем, но никто не обязан руководиться, например, его соображениями в области физики или математики. Как и в чём следует слушаться каждого начальственного лица в Церкви, лучше всего познаётся в усердной молитве.
Все святые Католической Церкви достигли высшей степени благодатной духовной жизни и свободы во Христе вполне сознательным геройским послушанием; стоит только вспомнить, с каким трогательным восторгом отзывались о послушании папе такие великие подвижники и чудотворцы, как св. Бернард, св. Франциск Ассизский, св. Бонавентура, св. Доминик, св. Франциск Ксаверий и тысячи других. Православные же подвижники последнего тысячелетия, вследствие унаследованных от Византии и поддерживаемых местными политическими силами цезаропапистических предрассудков, ошибались насчёт законного высшего церковного начальства, они просто не знали его; но самый принцип питания духовной жизни послушанием богоданным пастырям был им понятен и дорог. Итак, можно сказать, что все лучшие представители христианства всех стран и всех времён считали великим двигателем святости именно то начало, которое существенно для всего домостроительства Католической Церкви. Святые так дорожили церковным послушанием — особенно высшей его степенью, послушанием в вопросах вероучения — по той простой причине, что сердцевина святости состоит в благодатной, сверхприродной, божественной любви, а христианское послушание есть самый верный способ достигнуть высшей степени этой высочайшей добродетели. «В ком есть послушание, тот со всеми соединён любовью»; в этих простых словах великого подвижника, св. Ефрема Сирина, заключается вся «тайна», вся «загадка» католичества (О послушании. Москва, 1848, I, стр. 20.)
ПРИЛОЖЕНИЕ. 1. Русские православные подвижники очень высоко ценили послушание.
В «Письмах келейных» св. Тихона Задонского мы читаем: «Примечай, возлюбленне: Царь царей, и Господь сил, Бог во плоти, не токмо Отцу Своему небесному во всём был послушлив, но и человекам повиновался. И бе повинуяся има. Кто? Господь. Кому? Человекам, рабам своим. Чего ради? Да наше преслушание и непокорение, которое нас обличало перед Богом, загладить. Нас ради, тебе ради и мене ради, не только в мир пришёл Господь наш, но и повиновался человекам: и бе повинуяся има. Кому? Матери Своей пресвятой и Иосифу. Видишь любовь к нам, видишь и смирение ради нас Сына Божия... Христос, высший низшим, и Бог человекам повиновался; кольми паче человеки человекам и низший высшим повиноваться должны. Да посрамится убо человеческая гордость и непокорение, когда Сын Божий тако смирился. Он велик был и тогда, но, величество Свое сокрывая, показался как смиренный человек, и Господь всех во образе рабием обращался. Напишем убо, возлюбленне, сей живый смирения образ на мыслях наших, и потщимся подражать Ему в том, да Сам Он нас вознесет. Всяк бо смиряяй себе вознесется. Спасайся!» (Письмо 69. Творения св. Тихона Задонского, Письма, СПБ, изд. Сойкина, стр. 120). Вот христианское понимание самой сущности «авторитета», того авторитета, который так ненавистен модернистам.
Вот выписки из известного двенадцатитомного труда: Жизнеописания Отечественных Подвижников Благочестия (Изд. Афонского Пантелеймонова монастыря, Москва, 1907-1910). Пустынники в Рославльских лесах «вырабатывали в себе твёрдость при помощи полного отречения от своей воли» (Март, стр. 161). Глинский подвижник Пётр дал торжественное обещание «всем начальникам и старшим беспрекословно повиноваться, любить и почитать их» (Апрель, стр. 192). «Собор братии у о. Василия (настоятеля Белобережской пустыни) со дня на день умножался и украшался боголюбивыми душами, которых он всячески утверждал в самоотвержении и отсечении собственной воли» (там же, стр. 257). Епископ Игнатий (Брянчанинов) «будучи послушником, отличался беспрекословным послушанием и глубоким смирением; назначенный служить при, поварне, он смиренно исполнял все распоряжения повара, бывшего крепостного его отца» (там же, стр. 316). О. Нил, подвижник Макарьевской пустыни, « смотрел на послушание как на долг не допускающий никаких послаблений» (Июнь, стр. 45). Молодому иноку Паисию Афонскому, желавшему быть мучеником Христа ради, настоятель указал путь послушания: «Послушание есть истинное мученичество, как свидетельствуют богоносные отцы» (там же, стр. 345). Старцу Тимону преп. Серафим Саровский дал следующий совет: «В своей новоустроенной обители положи и утверди устав совершенного общежития, по правилам и уставу свв. Отец, чтобы никто не творил своей воли» (Июль, стр. 303). Нило-Сорский старец Николай отличался «безропотным послушанием» (там же, стр. 359). Архимандрит Пётр, настоятель Тихвинского монастыря, «полагал в отсечении воли вернейшее средство к преуспеянию в добре» (там же, стр. 551). Молчальник Тихон Свято-горский «истощал свои силы в изнурительных трудах безусловного послушания.» (Август, стр. 239). Архимандрит Исаакий Оптинский «требовал от братии беспрекословного повиновения воле начальства, считая послушание высшею добродетелью инока» (стр. 431); «к местным епархиальным архипастырям о. Исаакий отличался примерной покорностью и сыновнею преданностью» (стр. 439). Об Афонском подвижнике Аникитё сказано в его житии: «Неповиновения воле начальства, как воле Божией, не мог допустить строгий подвижник» (Сентябрь, стр. 77). «Святителей Митрофана Воронежского и Тихона Задонского отец Архипп (Глинский подвижник) ставил в пример подражания одному послушнику: учёность не спасает, говорил он, а послушание и смирение» (стр. 339).
В письмах Оптинского старца Макария мы читаем: «Слушаяй вас Меня слушает... Сии слова относятся от святых Апостолов и до преемников их, — церковных пастырей и учителей, даже до сего времени» (Собрание писем, Москва, 1862; письма к мирским особам, стр. 111). «Отвержение себя состоит, главное, в отвержении своей воли и разума и покорении оных пастырю и руководителю вашему ко спасению» (там же, стр. 269).
II. В наши дни нередко против Церкви возводят следующее обвинение. Человеческое достоинство, говорят, требует, чтобы каждый мог свободно развивать свою личность, особые черты своего характера, то что ему одному присуще, свою «индивидуальность», самопроизвольность, духовную самобытность, между тем как постоянное послушание распоряжениям настоятелей лишает человека всех этих ценных качеств, делает его придавленным, запуганным, без инициативы и собственного почина, пассивным, безжизненным, несчастным.
Обвинение это показывает полнейшее незнание основных двигателей христианской жизни. Вполне правильно, что развитие индивидуальных свойств личности, поскольку, конечно, они не являются просто разновидностями порока, во всех отношениях желательно: ведь на то они и даны нам Творцом, чтобы помогать нам в достижении конечной цели нашего земного существования; особые одарённости личностей полезны также для самой Церкви, для её единства, которое, как мы уже видели, предполагает высокую степень разнообразия и интенсивности лучших личных особенностей её чад; ведь люди не могли бы сплотиться в одно живое совершенное общество, если бы они не имели тех личных свойств и качеств, коими они могут восполнять друг друга. Правильно тоже, что в делах религии повиновение посторонней власти обыкновенно притупляет, угнетает, ослабляет самобытность духовной жизни; так подчинение христиан в вопросах церковного управления светским правительствам государств отрицательно отзывается на здравом развитии личности, заменяет его какой-то казарменностью, да и вообще вытесняет религиозную свободу общегосударственным или национальным детерминизмом; так было не только на византийском Востоке, но и везде на Западе, когда какой-либо цезаропапизм мешал нормальному течению свободной церковной жизни. Правда, наконец, и то, что повиновение даже законному пастырству может быть невысокого нравственного качества и принимать нежелательное направление, если оно, например, осуществляется из дурных побуждений — рабского страха, эгоистического расчёта или фарисейства. Но ведь всё это только пробелы в послушании, отступления от него, явления как раз несовместимые с подлинным католическим благодатным послушанием.
Это - злоупотребление послушанием, а злоупотребления возможны везде, где есть люди, и во всём; как часто люди злоупотребляют даже Св. Евхаристией, но ведь не станем же из-за этого считать её чем-то «мертвящим».
Послушание подлинно церковное, воодушевляемое любовью свыше, не убивает личности, а наоборот, является лучшим её обеспечением. Послушание, будучи осуществлением смирения, в высшей степени угодно Богу и потому обеспечивает послушному обильную благодать, которая преисполняет душу радостной, творчески действенной устремлённостью к Богу, решимостью служить Ему всеми способностями своей души, всей своей личностью. Именно церковное послушание даёт личности её полный расцвет.
Послушание общим постановлениям начальства и канонам вовсе не «вдавливает всех в одну мерку»; оно сближает различные, друг на друга не похожие личности для взаимного восполнения и сотрудничества, что в свою очередь способствует развитию каждой из них: самосознание «я» крепнет при соприкосновении с «ты» и «он».
Развитие личности вовсе не тождественно с предоставлением полной свободы всем своим прихотям и инстинктам; ведь между этими последними есть не только положительные для данных условий, благотворно влияющие на самораскрытие личности, но и дурные, пагубно отзывающиеся на нём. Каждый знает по печальному личному опыту, сколько в нём есть причуд и постыдных влечений сердца, уступая которым можно докатиться до полного расстройства ума, совести и личности. Послушание, укрепляя нашу волю и обеспечивая нам обильную помощь свыше, даёт нам возможность развивать свою личность не только прямо, но и косвенно — устраняя пагубную самость, то душу убивающее самочиние, которое, по убеждению всех восточных и западных подвижников христианского благочестия, является главным врагом нашей духовной жизни, а потому, конечно, и нашей личности.
Везде, где процветало незапятнанное церковное послушание, появлялось много духовно выдающихся личностей, имеющих каждая свой ярко очерченный характер, мощную творческую благодатную инициативу свою «оригинальность» в лучшем смысле этого слова. То же самое следует сказать и о собирательных личностях, общинных организмах:, нациях, союзах, монашеских орденах, культурно-социальных объединениях и т. д. И наоборот, упадок духа церковного послушания всегда влёк за собою ослабление самобытности, преобладание стадных, казарменных настроений, всеобщей хаотичности.
В начало главы
книга Церковь Богочеловека.
Глава восьмая
ПОСЛУШАНИЕ Продолжение главы
Св. Василий Великий видел в послушании основу христианского подвижничества. «Отрекшийся себя самого, отложивший все свои хотения, делает не то, что хочет, но то, чему его учат... Надобно стараться, чтобы не находила себе пищи страсть самомнения, и чтобы не нарушалось правило послушания и благопокорности... Такова мера послушания, что оно должно простираться до смерти,.. Непослушание вообще есть корень многих и великих зол... Поелику Господь говорит: о себе не приидох, но Той Мя посла, то не тем паче ли каждый из нас не должен давать себе воли? Ибо кто даёт себе волю, тот явно страждет высокомудрием и подлежит суду Господа... Получивший приказ не должен прекословить, потому что предел послушания — послушание до смерти... Должно повиноваться тому, кто понуждает к исполнению заповеди, с таким же расположением, с каким дитя, одолеваемое голодом, слушается кормилицы, которая зовёт его ко вкушению пищи, и с каким всякий человек ищущий себе пропитания, слушается того, кто даёт ему средства для жизни; вернее же сказать, гораздо с большим ещё расположением, поколику вечная жизнь предпочтительнее настоящей...
(Подвижник должен) даже до смерти показывать стойкость мучеников, как держась заповедей Божиих, так и соблюдая послушание наставникам. Как Бог… так и духовный у людей отец, соображающий распоряжения свои с Божиими законами, требует беспрекословного послушания... Приступающие к изучению благочестия и святости... даже не будут допытываться на каком основании даётся им приказание, но станут исполнять сказанное дело... Противящийся наставнику не явно ли противится Божию повелению, особливо же, когда Апостол ясно повелевает во всём повиноваться духовным вождям?... И никто да не думает, что... благопокорность людям надменно осмеливаюсь уподоблять тому послушанию, каким мы обязаны Богу. Не по собственному своему изволению, но согласно с самыми божественными Писаниями делаю это уподобление... Слушали вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отметается. А что сказанное апостолам узаконил Он о всех и после них наставниках, сие можно подтвердить многими и несомненными свидетельствами божественного Писания и самыми ясными доводами...» - (Творения св. Василия Великого, третье изд. Москов. Духовной Академии, часть пятая, С) подвижничестве, Сергиев Посад, 1892, стр. 168, 170, 248, 249, 261, 267, 393, 405. Патролог о. Г. Флоровский пишет в своей книге Восточные Отцы IV Века (Париж, 1931, стр. 61): «Св. Василий... восходит к идее Церкви как тела Христова, — из неё вытекает общежительный идеал. Монашество должно быть некоей малой Церковью, тоже телом. Из этого идеала св. Василий выводит заповедь послушания и повиновения игумену даже до смерти, ибо игумен или предстоятель являет самого Христа, и органическая цельность тела предполагает согласованность членов и подчинённость главе». Это признание ведёт к следующему заключению: роль папы в Церкви должна быть подобна и пропорциональна роли игумена в монастыре.)
Св. Феодор Студит, монастырский устав которого «ещё во времена Феодосия Печерского введён был в употребление в русских обителях» - (Прп. Феодора, игумена Студийской обители, Огласительные Поучения, изд. Оптикой Пустыни, Москва 1872. предисловие издателя, стр; V.)
Полагал, что без послушания заместителям Бога на земле невозможна христианская духовная жизнь. Нижеследующие выдержки извлечены из его «Огласительных Поучений» (изд. Оптиной Пустыни, 1872). Чтобы духовная жизнь была в безопасности, надо быть послушным настоятелю «как железо ковачу» (стр. 53). Все должны стараться «совершать досточудные дела послушания» (стр. 56). Бог пошлёт в ад «тех, которые здесь живут без повиновения и по своей воле» (стр. 57). Жизнь вечная достигается через «отсечение воли» (повсюду в книге). «Один другого превосходите послушанием» (стр. 82). «Потщимся совершать боголепное и преподобное послушание без рассуждения» (стр. 93). Подвиг послушания равен подвигу мученичества (стр. 95). «Мученического венца сподобляет нас повиновение с послушанием» (стр. 176) «Основание добродетелей» - «блаженное и мученическое отсечение своей воли» (стр. 229). Послушание «небозванно» (стр. 9). «Кто держится своей воли, тот скорбит, смущается, многоразлично увлекаясь и заблуждая мыслями своими» (стр. 101). Любовь и соборное единомыслие достигается через послушание одному, начальнику (стр. 109). « Иисус Христос избрал не пустынное или столпническое житие, но образ и правило повиновения» (стр. 113). «Он (Христос) снизошёл с небёс на землю, дабы и мы помыслом устранились от нашей воли» (стр. 143). Послушание человеку, подобно крещению, необходимо для спасения (стр. 275).
Исаак Сириянин говорил, что непослушный «уподобляется свинье, которой нет закона»; (Слова Подвижнические, Сергиев Посад, 1893, Слово IX, стр. 53) то же резкое сравнение мы находим у Студита: «Ужели будем свирепеть, подобно свиньям? Почему лучше не вкушаем мы сладости смиренномудрия? Почему не обучаемся тщательно искусству послушания?» (стр. 146). Послушание людям безусловно необходимо, ибо Христос «не повиновался ли родителям?» (стр. 148); нет ничего лучше «Христоподражательного послушания» (стр. 229). Чистота веры, мир и «неразрывное единство» обеспечиваются «послушливостью» (стр. 150). Непослушный «пребывает бесплодным и нераскаянным» (стр. 158). Послушание человеку, Христа ради, есть «не человеческое, но божественное» (стр. 165). «Послушание может укрощать и зверей... Послушание и над мёртвыми чудодействует... Сын Божий, послушлив был даже до смерти, совершил спасительное искупление мира» (стр.328). «Кто раб человека и вместе с тем верен и благоговеен пред Богом, тот свободен» (стр. 237). В другом издании творений св. Феодора Студита мы читаем: «Благо нам, которые прежде смерти сделались мёртвыми посредством умерщвления себя послушанием.., Кто беспрекословно повинуется и побуждает себя ко всякому благому послушанию, назовётся сыном Божиим». (Творения, изд. С.П.Б. Дух. Акад., т. II, 1908, стр. 84 и след) Вот почему св. Феодор Студит был таким убеждённым поборником папского вселенского учительства.
Приведём ещё несколько характерных свидетельств.
«Кто будет жить по своей собственной воле, тому Бог ни в чём не будет оказывать помощи, и того Он отдаст во власть демонов... Повинуйтесь отцу своему » - (Св. Антоний Великий; см. «Христианское Чтение», XXXVI, стр. 146.)
По поводу слов Св. Писания: «Имже несть управления, падают аки листвие» (Притчи 2, 14), авва Дорофей говорил: «Мы имеем нужду в таких людях, кои, по Боге, управляли бы нами». (См. «Христ. Чтение», ХXXIX стр. 33)
Св. Исидор Пелусиот: «Подвижничество делает всё из послушания, по мановению вождя ». (Творения. Москва, 1859, ч. I. cтp. 164.)
Св. Пахомий: «Исполнять волю свою есть самое первое зло. Кто исполняет волю свою, тот не будет иметь познания о Боге». Из «Правил» св. Пахомия видно, что он смотрел на послушание, как на единственную верную основу духовной жизни. (Наставления; см. «Христ. Чтение». 1827. стр. 285.)
Блаж. Диадох: «Известно, что послушание есть первая добродетель... Вступающие в брань против надмения диавола должны прежде всего стараться о послушании» .(Подвижническое Слово: см. «Христ. .Чтение » 1827, стр. 36)
Блаж. Иероним Стридонский: «Даже бессловесные животные и стада диких зверей следуют своим вожакам. У пчёл есть матки, журавли летят за одним... Всякий чин церковный поддерживается своими правителями. На корабле один кормчий; в доме один господин; в войске, хотя бы и весьма большом, дожидаются сигнала одного» (Письма, п. 101, изд. Киевской Дух. Акад.. кн. V. ч. III, Киев. 1904. стр. 285)
В своём труде о Православной Вере св. Иоанн Дамаскин, обращаясь к епископу Майюмы, писал: «Так как плод преслушания - смерть, тогда как смиренный и послушный подражатель Христов до конца восходит на высоту и приобретает от Бога световодящую благодать и, отверзая уста, исполняется духа, очищает сердце, просветляет разум и, едва открыв уста, начинает говорить, не заботясь о том, что скажет, являясь органом говорящего чрез него Духа, - то, повинуясь Христу, Который священноначальствует в вашем лице, подчиняюсь повелению...». (Собрапие творений, т. I, СПБ. 1913 стр. 46.)
Итак, без послушания заместителям Бога на земле, нет благодатного единения со Христом, нет чистой любви к Богу и к ближнему, нет братской соборности, нет церковной жизни, нет чистой веры, нет истинного Православия.
Из приведённых и многих других свидетельств Св. Писания и Предания следует:
1) Послушание представителям Бога на земле должно воодушевлять не только начинающих, но и преуспевающих в духовной жизни. Так как оно является безусловно необходимым двигателем святости, к которой все христиане призваны, то без него не могут продвигаться к благодатному совершенству ни младенцы и новички, ни старцы у гробовой доски; ни миряне, ни клирики; ни священники, ни епископы.
2) Внешний порядок, дисциплина, стройность, практичность и т. д., всё это только второстепенные плоды церковного послушания. Послушание священноначальникам есть прежде всего фактор внутренней, благодатной, обоженной жизни. Им существенно изнутри созидается таинственное тело Христово, святая Церковь: Церковь созидается Божией благодатью, которая даётся только смиренным, послушным. И так как может быть только одна Христова благодатная жизнь, то в подлинной Церкви Христовой может быть только одна иерархия, то-есть подчинение всех членов епархии одному епископу, а всех епископов (или патриархов) — одному всецерковному архиерею. Согласие между собой нескольких поместных- или национальных иерархий недостаточно, ибо такое согласие, не оживляемое Христовым началом послушания одному общему руководителю, всегда будет половинчато, не органично, почти призрачно.
Там, где, по независимым от Церкви внешним причинам, послушание одному объединяющему верховному пастырю неосуществимо или ещё не налажено, не организовано, благодать Божия восполняет вытекающий оттого недочёт в сердцах верующих и пастырей; так бывает нередко в далёких миссиях, так было в значительной мере и с первоначальной Церковью в эпоху великих гонений, когда к тому же всё в Церкви — обряды, иконопочитание, догматика, всецерковная соборность и т. д. - было мало развито. Но этим нисколько не оправдывается постоянное принципиальное отрицание высшей степени церковной иерархии.
В Корее в прошлом столетии вследствие жестоких гонений католики несколько десятилетий оставались без священников и без таинств; Господь, в виду их усердия в посильном исполнении Его заповедей, преисполнял их обильной благодатью и любовью; но из этого вовсе не следует, что священники и таинства должны быть повсюду и навсегда устранены.
3) Будучи живым таинственным телом Христовым, Церковь есть в то же время «дом» Божий, Христово вселенское освящающее учреждение, однородное по своему основному началу со всеми поместными церковными учреждениями, объединениями, институтами, имеющими своею целью то же соборное стремление к святости, духовной любви и свободе Христовой. Все эти объединения или учреждения построены на принципе подчинения многих одному человеку: епископу в епархии, настоятелю в приходе, игумену в монастыре, ректору в семинарии и т. д. Почему делать исключение для всей земной Церкви Христовой, в строении которой ведь больше всего должны проявляться Христовы начала и заветы? Лишённая видимого верховного руководителя, земная Церковь была бы чужой, внешней, инородной по отношению к составляющим её объединениям, группировкам, „малым церквам"; она не была бы одним устремлённым к святости обществом, живым союзом, а только каким-то мёртвым, привнесённым, посторонним вместилищем этих объединений и церквей, что коренным образом противоречит учению ап. Павла об органической природе Церкви. Такая Церковь оказалась бы какой-то расплывчатой средой, в которой были бы погружены освящающие институты и церковные объединения; но ведь Церковь есть нечто гораздо большее чем
«вместилище» или «среда», она есть живой организм, отдельные
части которого представляют собою как бы её повторения, поместные осуществления. В Царствии Небесном, где все уже достигли определённой степени святости, уже не нужны ни послушание человеку, ни епархии, ни таинства, ни учительство; там Церковь уже не будет «совершенным обществом», не будет никаких канонических установлений, не будет папства; но на земле все эти учреждения или институты необходимы, ибо они установлены Спасителем именно для того, чтобы приводить людей к небесной Церкви.
4) Церковное послушание должно быть всесторонним, вселенским, католическим. Недостаточно для достижения святости подчиняться только своему духовному отцу. Церковь не есть сопоставление личностей, какая-то «коллекция», она есть соборное тело; по этой причине надо тоже подчиняться настоятелю того церковного объединения, к которому принадлежишь (приход, монастырь и т. п.), ибо целью всех группировок является та же святость, поскольку она достигается общими согласованными усилиями.
Именно это послушание иерархическому начальству отцы Церкви имеют главным образом в виду, когда они говорят об освящающем действии послушания. Именно иерархическое повиновение многих одному, создавая единодушие, располагает всех к восприятию благодатного единения, сверхприродной любви, то-есть самой сущности духовной жизни и святости.
Христианское послушание должно распространяться как на отдельные или преходящие веления начальствующего, так и на постоянные всецерковные законы, или каноны, и на поместно-церковные предписания.
Католичность послушания требует, чтобы оно касалось всех факторов спасения, каковы: приумножение благодати таинствами, всё нравственное поведение, литургическая жизнь, применение канонического права, аскетические и апостольские подвиги и, в особенности, восприятие веры и связанных с верою истин. Канонически законно поставленные архипастыри являются преемниками апостолов, которым было сказано именно «учите», конечно истинам веры, учению Христову, а не посторонним наукам или только административной церковной практике; кто не слушается учащей Церкви, тот Самого Христа отвергает: Отвергающийся вас Меня отвергается (Лк. К), 16).
Надо слушаться своих наставников и пастырей всеми способностями своей души, не только внешним исполнением распоряжений начальства. И это вполне понятно: подлинное католическое послушание есть прежде всего осуществление любви, а любить Бога следует всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всей крепостию твоею, и всем разумением твоим (Лк. 10, 27).
5) Послушание укрепляет все христианские добродетели; благодаря ему, они из отвлечённых возможностей или вялых начинаний становятся реальными, живыми, великими силами души. Но чтобы укреплять другие добродетели, само послушание должно, со своей стороны, воодушевляться ими, стремиться к ним. Для вполне католического церковного послушания необходимы:
а) Смирение, глубокое познание и сознание своего ничто жества перед Богом, своего несовершенства, своей греховности; это сознание должно быть насквозь проникнуто упованием на Божию помощь, которая сообщает послушанию всю его сверх природную ценность.
б) Сверхприродный свет веры, надежды и любви. Дела послушания следует творить из побуждений имеющих своё основание в данных Откровения Христова. Мы повинуемся «пастырям и учителям» не ради земного благоденствия, а к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова (Ефес. 4,11-12) . Святые подвиги послушания следует совершать в духе благодатной любви к Богу и к ближнему, в духе той сверхприродной свободы, которой так дорожил апостол: без любви послушание было бы лишено своего подлинного смысла и назначения, оно превратилось бы в несовместимое с католическим духом рабское повиновение. Назначение послушания — следуя Божиим велениям, - сообщаемым нам настоятелями, на то от Бога поставленными, приводить людей к Богу, Любви вечносущей, проникаться любовью и сообщать её другим; где этого нет, послушание перестаёт быть послушанием, становится подделкой, обманом, фарисейством.
в)Чистота намерения, высшее целомудрие, устранение побуждений мешающих великому делу соборного спасения людей во Христе; кто повинуется церковной иерархии по побуждениям национальным, классовым или другим, не подчиняя их высшему закону всечеловеческого соборного единения всех во Христе, в том нет подлинного Христова послушания.
г) Дух мужества и радостной жертвенности. Послушание настоящего христианина есть продолжение в таинственном Теле Христовом Христова жертвенного послушания. Подлинное послушание есть великий трудный подвиг, коренным образом претящий нашей нравственной испорченности; тут надо великодушно отказаться от всякого себялюбия и самочиния, от гордой независимости, от эгоистических затей. Кто слушается лишь в том, что ему нравится и что подходит к его личным или коллективным взглядам или национальным настроениям, тот ещё далёк от христианского подвига послушания. Иисус Христос шёл путём послушания; говорить, что этот путь «лёгкий и удобный», то же что издеваться над Искуплением. Повиноваться, ради исполнения воли Божией, людям, слабым и грешным существам, особенно в вопросах религии, по всеобщему признанию вовсе, не легко. Христианское послушание нисколько не исключает «мучительного искания» воли Божией; в Церкви Христовой «авторитет» разрешает сомнения повинующегося — и притом свободно и с любовью повинующегося — только после того, как он сам сделал всё что мог, чтобы в молитве и размышлении познать свою обязанность. Потому-то в католичестве «подвиг свободы» находит более широкое и всестороннее применение, чем вне его, доказательством чему может служить хотя бы повсеместное распространение «духовных упражнений» св. Игнатия. Папские окружные послания очень часто призывают верующих к евангельской жертвенности — великодушной, радостной, свободной, любящей.
д) Рассудительность. Слушаться людей надо постольку, поскольку они являются орудиями Божьего волеизъявления. Каждому начальнику мы обязаны послушанием в области его полномочий, его служения. Настоятелю прихода следует подчиняться во всём, что касается приходского благочиния и в пределах указанных каноническим правом; гражданской власти надо повиноваться в гражданских делах, но когда эта власть, без согласия верховной церковной власти, вмешивается в церковные дела, христианская совесть запрещает исполнять её приказания. Папе Римскому все христиане должны повиноваться поскольку он является верховным вселенским архипастырем, но никто не обязан руководиться, например, его соображениями в области физики или математики. Как и в чём следует слушаться каждого начальственного лица в Церкви, лучше всего познаётся в усердной молитве.
Все святые Католической Церкви достигли высшей степени благодатной духовной жизни и свободы во Христе вполне сознательным геройским послушанием; стоит только вспомнить, с каким трогательным восторгом отзывались о послушании папе такие великие подвижники и чудотворцы, как св. Бернард, св. Франциск Ассизский, св. Бонавентура, св. Доминик, св. Франциск Ксаверий и тысячи других. Православные же подвижники последнего тысячелетия, вследствие унаследованных от Византии и поддерживаемых местными политическими силами цезаропапистических предрассудков, ошибались насчёт законного высшего церковного начальства, они просто не знали его; но самый принцип питания духовной жизни послушанием богоданным пастырям был им понятен и дорог. Итак, можно сказать, что все лучшие представители христианства всех стран и всех времён считали великим двигателем святости именно то начало, которое существенно для всего домостроительства Католической Церкви. Святые так дорожили церковным послушанием — особенно высшей его степенью, послушанием в вопросах вероучения — по той простой причине, что сердцевина святости состоит в благодатной, сверхприродной, божественной любви, а христианское послушание есть самый верный способ достигнуть высшей степени этой высочайшей добродетели. «В ком есть послушание, тот со всеми соединён любовью»; в этих простых словах великого подвижника, св. Ефрема Сирина, заключается вся «тайна», вся «загадка» католичества (О послушании. Москва, 1848, I, стр. 20.)
ПРИЛОЖЕНИЕ. 1. Русские православные подвижники очень высоко ценили послушание.
В «Письмах келейных» св. Тихона Задонского мы читаем: «Примечай, возлюбленне: Царь царей, и Господь сил, Бог во плоти, не токмо Отцу Своему небесному во всём был послушлив, но и человекам повиновался. И бе повинуяся има. Кто? Господь. Кому? Человекам, рабам своим. Чего ради? Да наше преслушание и непокорение, которое нас обличало перед Богом, загладить. Нас ради, тебе ради и мене ради, не только в мир пришёл Господь наш, но и повиновался человекам: и бе повинуяся има. Кому? Матери Своей пресвятой и Иосифу. Видишь любовь к нам, видишь и смирение ради нас Сына Божия... Христос, высший низшим, и Бог человекам повиновался; кольми паче человеки человекам и низший высшим повиноваться должны. Да посрамится убо человеческая гордость и непокорение, когда Сын Божий тако смирился. Он велик был и тогда, но, величество Свое сокрывая, показался как смиренный человек, и Господь всех во образе рабием обращался. Напишем убо, возлюбленне, сей живый смирения образ на мыслях наших, и потщимся подражать Ему в том, да Сам Он нас вознесет. Всяк бо смиряяй себе вознесется. Спасайся!» (Письмо 69. Творения св. Тихона Задонского, Письма, СПБ, изд. Сойкина, стр. 120). Вот христианское понимание самой сущности «авторитета», того авторитета, который так ненавистен модернистам.
Вот выписки из известного двенадцатитомного труда: Жизнеописания Отечественных Подвижников Благочестия (Изд. Афонского Пантелеймонова монастыря, Москва, 1907-1910). Пустынники в Рославльских лесах «вырабатывали в себе твёрдость при помощи полного отречения от своей воли» (Март, стр. 161). Глинский подвижник Пётр дал торжественное обещание «всем начальникам и старшим беспрекословно повиноваться, любить и почитать их» (Апрель, стр. 192). «Собор братии у о. Василия (настоятеля Белобережской пустыни) со дня на день умножался и украшался боголюбивыми душами, которых он всячески утверждал в самоотвержении и отсечении собственной воли» (там же, стр. 257). Епископ Игнатий (Брянчанинов) «будучи послушником, отличался беспрекословным послушанием и глубоким смирением; назначенный служить при, поварне, он смиренно исполнял все распоряжения повара, бывшего крепостного его отца» (там же, стр. 316). О. Нил, подвижник Макарьевской пустыни, « смотрел на послушание как на долг не допускающий никаких послаблений» (Июнь, стр. 45). Молодому иноку Паисию Афонскому, желавшему быть мучеником Христа ради, настоятель указал путь послушания: «Послушание есть истинное мученичество, как свидетельствуют богоносные отцы» (там же, стр. 345). Старцу Тимону преп. Серафим Саровский дал следующий совет: «В своей новоустроенной обители положи и утверди устав совершенного общежития, по правилам и уставу свв. Отец, чтобы никто не творил своей воли» (Июль, стр. 303). Нило-Сорский старец Николай отличался «безропотным послушанием» (там же, стр. 359). Архимандрит Пётр, настоятель Тихвинского монастыря, «полагал в отсечении воли вернейшее средство к преуспеянию в добре» (там же, стр. 551). Молчальник Тихон Свято-горский «истощал свои силы в изнурительных трудах безусловного послушания.» (Август, стр. 239). Архимандрит Исаакий Оптинский «требовал от братии беспрекословного повиновения воле начальства, считая послушание высшею добродетелью инока» (стр. 431); «к местным епархиальным архипастырям о. Исаакий отличался примерной покорностью и сыновнею преданностью» (стр. 439). Об Афонском подвижнике Аникитё сказано в его житии: «Неповиновения воле начальства, как воле Божией, не мог допустить строгий подвижник» (Сентябрь, стр. 77). «Святителей Митрофана Воронежского и Тихона Задонского отец Архипп (Глинский подвижник) ставил в пример подражания одному послушнику: учёность не спасает, говорил он, а послушание и смирение» (стр. 339).
В письмах Оптинского старца Макария мы читаем: «Слушаяй вас Меня слушает... Сии слова относятся от святых Апостолов и до преемников их, — церковных пастырей и учителей, даже до сего времени» (Собрание писем, Москва, 1862; письма к мирским особам, стр. 111). «Отвержение себя состоит, главное, в отвержении своей воли и разума и покорении оных пастырю и руководителю вашему ко спасению» (там же, стр. 269).
II. В наши дни нередко против Церкви возводят следующее обвинение. Человеческое достоинство, говорят, требует, чтобы каждый мог свободно развивать свою личность, особые черты своего характера, то что ему одному присуще, свою «индивидуальность», самопроизвольность, духовную самобытность, между тем как постоянное послушание распоряжениям настоятелей лишает человека всех этих ценных качеств, делает его придавленным, запуганным, без инициативы и собственного почина, пассивным, безжизненным, несчастным.
Обвинение это показывает полнейшее незнание основных двигателей христианской жизни. Вполне правильно, что развитие индивидуальных свойств личности, поскольку, конечно, они не являются просто разновидностями порока, во всех отношениях желательно: ведь на то они и даны нам Творцом, чтобы помогать нам в достижении конечной цели нашего земного существования; особые одарённости личностей полезны также для самой Церкви, для её единства, которое, как мы уже видели, предполагает высокую степень разнообразия и интенсивности лучших личных особенностей её чад; ведь люди не могли бы сплотиться в одно живое совершенное общество, если бы они не имели тех личных свойств и качеств, коими они могут восполнять друг друга. Правильно тоже, что в делах религии повиновение посторонней власти обыкновенно притупляет, угнетает, ослабляет самобытность духовной жизни; так подчинение христиан в вопросах церковного управления светским правительствам государств отрицательно отзывается на здравом развитии личности, заменяет его какой-то казарменностью, да и вообще вытесняет религиозную свободу общегосударственным или национальным детерминизмом; так было не только на византийском Востоке, но и везде на Западе, когда какой-либо цезаропапизм мешал нормальному течению свободной церковной жизни. Правда, наконец, и то, что повиновение даже законному пастырству может быть невысокого нравственного качества и принимать нежелательное направление, если оно, например, осуществляется из дурных побуждений — рабского страха, эгоистического расчёта или фарисейства. Но ведь всё это только пробелы в послушании, отступления от него, явления как раз несовместимые с подлинным католическим благодатным послушанием.
Это - злоупотребление послушанием, а злоупотребления возможны везде, где есть люди, и во всём; как часто люди злоупотребляют даже Св. Евхаристией, но ведь не станем же из-за этого считать её чем-то «мертвящим».
Послушание подлинно церковное, воодушевляемое любовью свыше, не убивает личности, а наоборот, является лучшим её обеспечением. Послушание, будучи осуществлением смирения, в высшей степени угодно Богу и потому обеспечивает послушному обильную благодать, которая преисполняет душу радостной, творчески действенной устремлённостью к Богу, решимостью служить Ему всеми способностями своей души, всей своей личностью. Именно церковное послушание даёт личности её полный расцвет.
Послушание общим постановлениям начальства и канонам вовсе не «вдавливает всех в одну мерку»; оно сближает различные, друг на друга не похожие личности для взаимного восполнения и сотрудничества, что в свою очередь способствует развитию каждой из них: самосознание «я» крепнет при соприкосновении с «ты» и «он».
Развитие личности вовсе не тождественно с предоставлением полной свободы всем своим прихотям и инстинктам; ведь между этими последними есть не только положительные для данных условий, благотворно влияющие на самораскрытие личности, но и дурные, пагубно отзывающиеся на нём. Каждый знает по печальному личному опыту, сколько в нём есть причуд и постыдных влечений сердца, уступая которым можно докатиться до полного расстройства ума, совести и личности. Послушание, укрепляя нашу волю и обеспечивая нам обильную помощь свыше, даёт нам возможность развивать свою личность не только прямо, но и косвенно — устраняя пагубную самость, то душу убивающее самочиние, которое, по убеждению всех восточных и западных подвижников христианского благочестия, является главным врагом нашей духовной жизни, а потому, конечно, и нашей личности.
Везде, где процветало незапятнанное церковное послушание, появлялось много духовно выдающихся личностей, имеющих каждая свой ярко очерченный характер, мощную творческую благодатную инициативу свою «оригинальность» в лучшем смысле этого слова. То же самое следует сказать и о собирательных личностях, общинных организмах:, нациях, союзах, монашеских орденах, культурно-социальных объединениях и т. д. И наоборот, упадок духа церковного послушания всегда влёк за собою ослабление самобытности, преобладание стадных, казарменных настроений, всеобщей хаотичности.
В начало главы
