ierei | ОНИ ЕГО РАЗВЕНЧАЛИ. архиепископ Марсель Лефевр. (Reply)

Никодим, приходивший к Нему ночью, будучи один из них, говорит им:
судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает?
На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли? рассмотри и увидишь, что из Галилеи не приходит пророк.
И разошлись все по домам. (Ин. 7. 50)

ГЛАВА XXX
II ВАТИКАНСКИЙ СОБОР - ТРИУМФ ТАК НАЗЫВАЕМОГО КАТОЛИЧЕСКОГО ЛИБЕРАЛИЗМА

Я не думаю, что меня могут обвинить в преувеличении, когда я говорю, что Собор был триумфом либеральных идей, ибо предыдущие беседы достаточно показали вам факты: либеральные идеи, тактика и успехи либералов на Соборе, и, наконец, их договоры с врагами Церкви.

К тому же, сами либералы, либеральные католики, провозглашают, что II Ватиканский Собор был их победой. В своей беседе с Витторио Мессори кардинал Ратцингер, бывший «эксперт» с либеральным духом на Соборе, объясняет, как II Ватиканский Собор поставил и решил проблему усвоения либеральных принципов Католической Церковью. Он не только говорит, что это привело к замечательному успеху, но и утверждает, что это усвоение было произведено, было осуществлено:

«Проблемой шестидесятых годов было приобретение лучших ценностей, выраженных двумя столетиями "либеральной" культуры. В сущности, эти ценности, даже если они рождены вне Церкви, могут, очищенные и скорректированные, найти свое место в ее видении Mipa. Это было сделано».[1]

Где это было сделано? Конечно же, на Соборе, который утвердил либеральные принципы в «Gaudium et spes» и «Dignitatis humanae». Как это было сделано? При помощи обреченной на неудачу попытки решить квадратуру круга: сочетать Церковь с принципами Революции. Именно это является целью, иллюзией либеральных католиков.

Кардинал Ратцингер не слишком хвалится предприятием. Он даже расценивает результат с некоторой суровостью:

«Но теперь климат другой. Он значительно ухудшился относительно прежнего климата, который оправдывал оптимизм, без сомнения наивный. Теперь надо искать новое равновесие».[2]

Итак, двадцать лет спустя, равновесие еще не найдено! Но его еще ищут: это всегда является либеральной иллюзией!
Зато другие либеральные католики не столь пессимистичны. Они открыто воспевают победу: Собор является нашей победой. Прочитайте, например, работу господина Марселя Перло, сенатора от департамента Ду, об истории либерального католицизма. Автор начинает с демонстрации двух цитат, одной из Павла VI и другой из Ламенне, сопоставление которых является разоблачающим. Вот что говорит Павел VI в своем обращении от имени Собора к правителям (полагаю, что уже цитировал вам этот текст) :

«И что просит у вас эта Церковь после почти двух тысяч лет всякого рода превратностей в отношении с вами, земные власти, что она просит у вас сегодня? Она говорит вам в одном из великих текстов этого Собора: она просит у вас только свободу».

И вот что писал Ламенне в объявлении, предназначенном для представления своей газеты «L'Avenir»:

«Все друзья религии должны понять, что она имеет необходимость только в одной вещи: свободе».

Итак, вы видите: у Ламенне, как и у II Ватиканского Собора тот же либеральный принцип «одной свободы». Никаких привилегий для истины, для Господа нашего Иисуса Христа, для Католической Церкви. Нет! Одна и та же свобода для всех: для заблуждения и для истины, для Магомета и для Иисуса Христа. Не является ли это наиболее чистым исповеданием так называемого католического либерализма?

[1]Ежемесячник «Jésus», ноябрь 1984 г., р. 72.
[2]Ibid.

И Марсель Перло напоминает затем историю этого либерализма до его триумфа на II Ватиканском Соборе:

«Католический либерализм <...> знает победы. Он поднимается с циркуляром д'Экштейна в 1814 г. Он вспыхивает с взлетом "L'Avenir" осенью 1830 г. Он знает победы, чередующиеся с кризисами, до того, как обращение II Ватиканского Собора к правителям исполняет его цель: его фундаментальные требования, испытанные и очищенные, были приняты самим Собором.

Поэтому сегодня можно наблюдать католический либерализм таким, каким он сам, наконец, стал после изменений в течение веков. Он избегает замешательств, которые переполняли его карьеру и, в определенные моменты, едва не прервали ее преждевременно. Таким образом, представляется, что в действительности он не был следствием благочестивых иллюзий, исповедуемых полупрозрачными и малокровными призраками. Но был он как бы определенной идеей, оказывавшей свое влияние на умы и законы в течение полутора веков, прежде получения окончательного признания со стороны той Церкви, которой он столь хорошо служил, но которая столь часто неправильно о нем судила».

Это совершенно подтверждает то, что мы говорим: II Ватиканский Собор является Собором торжества либерализма.

То же подтверждение получаем из чтения книги господина Ива Марсодона «L'oecuménisme vu par un francmaçon de tradition» [Экуменизм, увиденный традиционным франкмасоном], написанной во время Собора. Марсодон знает, что говорит:

«Они, христиане, будут должны, тем не менее, не забывать, что все пути ведут к Богу <...> и сохранять то смелое понятие свободы мысли, которое (теперь тут можно говорить о революции, исходящей из наших масонских лож) великолепным образом поднялось выше собора Святого Петра».

Он, он торжествует. Мы же, мы плачем! И он присовокупляет эти ужасные и, однако, правдивые строки:

«Когда Пий XII решил лично руководить важнейшим министерством иностранных дел, Государственным Секретариатом, монсеньор Монтини был назначен на чрезвычайно трудный пост архиепископа одной из крупнейших епархий Италии: Милана. Но он не получил кардинальского сана. Не было невозможным канонически, но являлось затруднительным с точки зрения традиции, чтобы он смог после смерти Пия XII получить служение Верховного Первосвященника. Тогда явился человек, который, как Предтеча, назывался Иоанном, и всё начало меняться».

И этот франкмасон, а, следовательно, либерал, говорит правду. Все их идеи, за которые они боролись в течение полутора веков, были утверждены Собором. Эти свободы, свобода мысли, свобода совести и культов, вписаны в этот Собор, с религиозной свободой в «Dignitatis humanae» и с отказом от военной службы по религиозно-этическим соображениям в «Gaudium et spes». A произошло это не случайно, но благодаря людям, которые сами были заражены либерализмом, и которые взошли на Престол Петра и использовали свою власть, чтобы навязать Церкви эти заблуждения.

Да, II Ватиканский Собор воистину является освящением либерального католицизма. И когда вспоминаешь, что Папа Пий IX, восьмьюдесятью пятью годами раньше, говорил и повторял тем, кто посещал его в Риме:

«Внимание! У Церкви нет худших врагов, чем либеральные католики!» — то тогда можно оценить катастрофу, которую представляют для Церкви и для Царства Господа нашего Иисуса Христа такие либеральные Папы и такой Собор!