
Никодим, приходивший к Нему ночью, будучи один из них, говорит им:
судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает?
На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли? рассмотри и увидишь, что из Галилеи не приходит пророк.
И разошлись все по домам. (Ин. 7. 50)
судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает?
На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли? рассмотри и увидишь, что из Галилеи не приходит пророк.
И разошлись все по домам. (Ин. 7. 50)
ГЛАВА VII
ИИСУС ХРИСТОС - ЦАРЬ РЕСПУБЛИК?
«Большинство не создает истину, это истина должна создавать большинство».
Я еще многое должен вам сказать о либерализме. Но мне хотелось, чтобы вы хорошо знали: то, что я предлагаю вашему вниманию, не является моим личным мнением. Поэтому я считаю необходимым представлять вам папские документы, а не личные мнения, которые легко было бы приписать моей первоначальной подготовке, полученной во Французской семинарии в Риме. Отец Ле Флош, который тогда был там настоятелем, действительно имел репутацию очень ярко выраженного традиционалиста. Следовательно, обо мне будут говорить: «Он был под влиянием того, что ему говорили в его семинарии!» Так вот, я не отрицаю этого влияния. Более того, я ежедневно благодарю Благого Бога за то, что Он дал мне отца Ле Флоша в качестве настоятеля и учителя. Его обвиняли тогда в занятии политикой. И Бог знает, является ли преступлением или совсем наоборот занятие политикой Иисуса Христа и порождение политических деятелей, использующих законные и даже законодательные средства для изгнания из общества врагов Господа нашего Иисуса Христа! [1]
Но на самом деле отец Ле Флош никогда не вмешивался в политику, даже в самый разгар заговора, замышленного против «L'Action Française», [2] и кризиса, который последовал за этим тогда, когда я был семинаристом.
[1] Церковь не должна воздерживаться от участия в политике только потому, что левые епископы занимаются социалистической или коммунистической политикой! Церковь имеет власть, без сомнения косвенную, в отношении мiрской сферы и жизни общества. Социальное Царство Господа нашего Иисуса Христа является существенной заботой Церкви.
[2] «L'Action Française» [Французское Действие], газета и политическое движение, руководимое Шарлем Моррасом, которое на здоровых естественных основах боролось против либеральной демократии. Ложно его обвинили в натурализме. Папа Пий XI, введенный в заблуждение, осудил «L'Action Française». Его преемник, Пий XII, снял эту санкцию. Но зло совершилось: 1926 г. ознаменовывает во Франции решительный этап в «оккупации» Церкви либеральной фракцией, называемой «либеральными католиками». [Часть вины за сие недоразумение лежало и на самом Ш. Моррасе, сотрудничавшим с оккультистом Рене Геноном, но это не оправдывает ошибки Пия XI, поддавшегося на подстроенную провокацию. Пий XII сумел правильно договориться с Ш. Моррасом. — Прим. ред.]
Вместо этого отец Ле Флош постоянно говорил нам об опасности модернизма, силлонизма, либерализма. И, основываясь на папских энцикликах, отец Ле Флош добился внедрения в нас твердого убеждения, основательно подкрепленного и основанного на неизменном учении Церкви, в опасности данных заблуждений. Это убеждение я хочу передать вам, как факел, который вручают последующим поколениям, как свет, который предохранит вас от означенных заблуждений, господствующих, более, чем когда либо, in ipsis Ecclesiae venis et visceribus, в самих жилах и внутренностях Церкви, как говорил святой Пий X.
Вы, следовательно, поймете, что моя политическая точка зрения, например о режиме, который лучше подходит Франции, мало важна. Впрочем, факты говорят об этом сами. То, что не удалось сделать французской монархии, осуществила демократия: пять кровавых революций (1789, 1830, 1848, 1870, 1945 гг.), четыре иноземных вторжения (1815, 1870, 1914, 1940 гг.), два разграбления Церкви, изгнания монашеских орденов, упразднения католических школ, секуляризации монастырей (1789 и 1901 гг.), и т. д. ... Однако Папа Лев ХШ, скажут некоторые, просил о «присоединении» французских католиков к республиканскому режиму [3] (это, между прочим, вызвало политическую и религиозную катастрофу). Другие, впрочем, критикуют это деяние Льва XIII, называя сам акт либеральным и его автора либералом. Я не верю, что Лев ХШ был либералом и, еще менее, демократом.
Нет: он просто полагал создать хорошую политическую комбинацию для блага религии во Франции. Но, это ясно, он забыл о бесповоротно либеральном, масонском и антикатолическом происхождении и устройстве французской демократии.
[3] См. Энциклика «Au milieu des sollicitudes» от 16 февраля 1892 г., к епископам и верующим Франции.
Демократическая идеология
Исходя из либерального постулата об индивидууме-царе, демократическая идеология логически строит себя дальше. Индивидуумы переходят к общественному состоянию через договорное соглашение: общественный договор, который является, говорит Руссо, «полное отчуждение каждого участника со всеми его правами в пользу общины». Отсюда следует:
- Необходимость народного суверенитета. Народ непременно является сувереном. Он получает свою власть от самого себя и сохраняет ее даже после избрания своих правителей.
- Незаконность всякого режима, который не имеет своей основой народный суверенитет, или правители которого подтверждают получение своей власти от Бога.
Отсюда, следовательно, на практике:
- Борьба за повсеместное установление демократии.
- «Крестовый поход демократий» против всякого режима, ссылающегося на Божественный авторитет, квалифицируемого в таком случае как режим «сакральный», «абсолютистский». В этом отношении, Версальский договор 1919 г., ликвидировавший последние истинно христианские монархии, был либеральной, именно масонской победой. [4]
- политическое господство большинства, которое предполагает выражать священную и безошибочную всеобщую волю.
Я люблю при случае повторять, перед лицом демократии, которая при помощи коллегиальности проникает теперь в Церковь, я люблю говорить, что большинство не создает истину. И что можно построить прочного вне истины и истинной справедливости перед Богом и ближним?
Осуждение Папами демократической идеологии
Папы не переставали осуждать демократическую идеологию. Лев XIII сделал это ex professo, ясным образом, в энциклике «Diuturnum», о которой я уже вам говорил:
[4] См. H. Le Caron, Le plan de domination mondiale de la contre-église, p. 22.
«Большое число наших современников, идя путями тех, кто в прошлом веке присвоил себе имя философов, настаивает, что всякая власть происходит от народа, что, следовательно, власть принадлежит тем, кто ее осуществляет, не на правах собственности, но на основании народного мандата, и при том условии, что воля народа может отнять у своих уполномоченных власть, которую она им делегировала.
В этом католики отделяют себя от новых учителей. Они будут искать в Боге право властвовать и выводить это право от Него, как от своего естественного источника и необходимого принципа.
Однако здесь важно отметить, что, если речь идет о назначении тех, кто должен будет управлять общественными делами, назначение может быть в определенных случаях предоставлено выбору и предпочтению большинства, без малейшего препятствия здесь со стороны католического учения. Этот выбор, в действительности, определяет личность суверена, он не дарует прав суверенитета: не устанавливается власть, а решается, кем она должна будет осуществляться». [5]
Следовательно, всякая власть происходит от Бога, даже в демократии.
Всякая власть происходит от Бога. Эта истина является Богооткровенной истиной, и Лев XIII старается надежно обосновать ее через Святое Писание, предание Отцов и, наконец, через разум. Власть, проистекающая только от народа, не будет иметь силы, обязывающей совесть под страхом греха: [6]
«Нет человека, который имел бы в себе или от себя то, что необходимо, чтобы сковать узами совести свободную волю своих ближних. Один Бог, в качестве всеобщего Творца и Законодателя, обладает такой властью. Те, кто осуществляет власть, имеют необходимость принимать ее от Него и осуществлять ее во Имя Его». [7]
[5] PIN, 94.
[6] Она вполне сможет принуждать под страхом наказания, но это, скажет Иоанн XXIII в «Pacem in terris», не побуждает деятельно людей к осуществлению общего блага! Авторитет есть прежде всего нравственная сила. [Русский перевод см.: Окружное послание «Мир на земле». Ватиканская типография Полиглотта, 1963. С. 16. — Прим. пер.].
[7] «Diuturnum». PIN, 96.
В заключение, Лев XIII стремится показать ложность общественного договора Руссо, который является основой современной демократической идеологии.
Церковь не осуждает демократический режим
Теперь я хочу вам показать, что не всякая демократия является либеральной. Есть демократическая идеология, и есть демократический режим. Если Церковь осуждает идеологию, то она не осуждает режим, то есть участие народа во власти.
Уже святой Фома оправдывает законность демократического режима:
«Пусть все имеют некоторую часть во власти. Через это сохраняется мир в народе, и все любят такую организацию и заботятся о ее сохранении, как говорит Аристотель в книге II своей "Политики"». [8]
Не отдавая предпочтения демократии, всеобщий Учитель признаёт, что конкретно лучшим политическим режимом является монархия, в которой все граждане имеют некоторую часть во власти, избирая, например, тех, кто управляет в подчинении монарху. Это, говорит святой Фома, «режим, который хорошо соединяет монархию, аристократию и демократию». [9]
Французская монархия Старого Режима, как и многие другие, была, более или менее, подобного типа, чтобы ни говорили либералы. В то время между монархом и массой подданных существовал целый порядок и иерархия многочисленного корпуса посредников, которые выставляли в надлежащем виде свои компетентные мнения в высших сферах.
Что же касается Католической Церкви, то она не выражает предпочтения тому или иному режиму. Она допускает, чтобы народы выбирали форму правления, наиболее соответствующую их собственному духу и обстоятельствам:
[8] Summa theologiae, I — II, q. 105, а. 1 [см.: Аристотель, «Политика», 1272а, 33 — Прим. ред.].
[9] Ibid.
«Ничто не препятствует Церкви признавать единоличное правление или правление многих, если только оно является справедливым и приводит к общему благу. Вот почему, если сохранена справедливость, народам нисколько не запрещено придавать себе ту или иную политическую форму, которая лучше приспособлена к их собственному гению, их традициям и обычаям». [10]
ЧТО такое нелиберальная демократия?
Я признаю, что нелиберальная демократия является редким видом, сегодня исчезнувшим. Но она всё-таки не является полностью химерой, как это доказывает республика Христа-Царя, Эквадорская республика Гарсии Морено в прошлом (XIX) веке.
Вот характерные черты нелиберальной демократии:
1. Первый принцип. Принцип народного суверенитета. Сначала он ограничивается демократическим режимом и уважает законность монархии. Затем он радикально расходится с принципом демократии Руссо. Власть принадлежит народу, пусть, но не с самого начала и не окончательно. Ибо власть приходит к народу от Бога; от Бога — Создателя социальной природы человека, а не от индивидуума-царя. И когда правители избраны народом, этот последний не сохраняет осуществление своего авторитета. [11]
[10] Лев XIII, Энциклика «Diuturnum». PIN, 94.
[11] См. «Diuturnum», цитированную выше, а также: Mgr. de Segur, La Révolution, p. 73.
- Первое следствие. Управляет не аморфная масса индивидуумов, но народ в установленных корпорациях. Его главы семейств (которые смогут непосредственно составлять законы в очень маленьких Государствах, как кантон Аппенцелль в Швейцарии), его крестьяне и коммерсанты, промышленники и рабочие, крупные и мелкие собственники, военные и должностные лица, монашествующие, священники и епископы — это, говорит монсеньёр де Сегюр, «нация со всеми ее живыми силами, образующими представительство, серьезное и способное через своих истинных уполномоченных выражать свои пожелания и свободно осуществлять свои права». [12] Пий XII, со своей стороны, хорошо разделяет народ и массу:
«Народ и аморфная толпа или, как имеют обыкновение говорить, "масса", являются двумя различными понятиями. Народ живет и движется своей собственной жизнью. Масса является сама по себе инертной и может быть приведена в движение только извне. Народ живет полнотой жизни составляющих его людей, каждый их которых, на месте и присущим ему образом, является личностью, сознающей свою собственную ответственность и свои собственные убеждения. Масса, напротив, ждет импульса снаружи, легко становится игрушкой в руках кого-либо, эксплуатирующего инстинкты и впечатления, готова поочередно следовать сегодня за одним, а завтра за другим знаменем». [13]
- Второе следствие. Избранные правители, даже если их называют, как это делает святой Фома, «викариями толпы», являются ими в том смысле, что делают для нее то, что она не может делать сама, а именно управлять. Но власть их происходит от Бога, «от Которого именуется всякое отечество на небесах и на земле» (Еф. 3, 15). Правители, следовательно, ответственны за свои действия, прежде всего, перед Богом, служителями Которого они являются, и только потом перед народом, ради общего блага которого они управляют.
2. Второй принцип. Права Бога (и права Его Церкви в католической стране) утверждены как основа конституции. Десять Заповедей являются, следовательно, вдохновителем всего законодательства.
- Первое следствие. «Всеобщая воля» является ничем, если она идет против прав Бога. Большинство не «создает» истину. Оно должно удерживаться в истине, под страхом извращения демократии. Пий XII с основанием подчеркивает неотделимую от демократического режима опасность, с которой должна бороться Конституция: опасность обезличивания, превращения в массу и манипулирования толпой через группы давления и искусственное большинство.
- Второе следствие. Демократия является не светской, но открыто христианской и католической. Она соответствует социальному учению Церкви, касающемуся частной собственности, принципа поддержки, воспитания, предоставленного заботам Церкви и родителей, и т. д. ...
Я подвожу итог. Демократия, не менее, чем всякий другой режим, должна осуществлять социальное Царство Господа нашего Иисуса Христа. Демократия должна, всё-таки, иметь Царя: Иисуса Христа.
[12] Ор. cit., p. 73.
[13] Tbid. [Еще в Древней Греции разделяли понятия «народа» (демос) и «черни» (охлос). Демократия («власть демоса», т. е. полноправных достойных граждан) — не должна быть охлократией. — Прим. ред.]