ОНИ ЕГО РАЗВЕНЧАЛИ. архиепископ Марсель Лефевр.

[ierei]

Никодим, приходивший к Нему ночью, будучи один из них, говорит им:
судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает?
На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли? рассмотри и увидишь, что из Галилеи не приходит пророк.
И разошлись все по домам. (Ин. 7. 50)

ГЛАВА XVI

МЕНТАЛЬНОСТЬ ЛИБЕРАЛЬНОГО КАТОЛИКА

«Есть тиранические слабости, злобное бессилие и побежденные, заслужившие это».
Шарль Моррас

Болезнь духа

В большей степени, чем замешательством, либерализм является «болезнью духа». [1] Ум не может просто успокоится в истине. Ум не смеет ничего утверждать, не представив себе немедленно противоположного утверждения, которое также чувствует себя обязанным провозглашать. Папа Павел VI был типом такого разделенного ума, существа с двойным обликом (что можно даже физически прочесть на его лице), постоянно колеблющегося между противоречиями, вдохновляющегося побуждением аккуратно балансировать между традицией и новшествами. Интеллектуальная шизофрения, скажут некоторые?


Я считаю, что отец Клериссак наиболее глубоко видел природу этой болезни. Это «нехватка целостности ума», [2] — пишет он. Ума, который не имеет «достаточно веры в истину»:
«Эта нехватка целостности ума, в эпоху либерализма, объясняется со стороны психологии двумя характерными штрихами: либералы восприимчивы и лихорадочно возбуждены. Они восприимчивы, поскольку слишком легко приобретают состояние духа своих современников. Они лихорадочно возбуждены, поскольку, из страха оскорбить эти различные состояния духа, находятся в постоянном апологетическом беспокойстве. Им самим кажутся мучительными сомнения, с которыми они сражаются. Они не имеют достаточно веры в истину. Они чересчур хотят оправдывать, чересчур доказывать, чересчур адаптировать или даже чересчур просить прощения».

---

[1] Abbé A. Roussel, Libéralisme et catholicisme, p. 16.
[2] Humbert Clérissac O.P., Le mystère de l'Eglise, ch.VII.

Ставить себя в соответствие с мiром

Чересчур просить прощения! Как это хорошо сказано: они хотят просить прощения за всё в прошлом Церкви: за крестовые походы, инквизицию и т. д. Оправдывать и доказывать — это они делают очень робко, особенно если речь идет о правах Иисуса Христа. Но адаптировать — это они наверняка постараются, это их принцип:
«Они исходят из одного практического принципа и из одного факта, который считают неопровержимым. Этот принцип состоит в том, что Церковь не может быть понята в конкретной среде, где она должна осуществлять свою миссию, если не поставит себя в соответствие с ней». [3]
Так, например, позднее, модернисты захотят адаптировать проповедь Евангелия с ложным критическим знанием и с ложной имманентной философией той эпохи, «стараясь сделать христианскую истину доступной умам, обученным отвергать сверхъестественное». [4] Следовательно, по их мнению, для обращения неверующих в сверхъестественное надо абстрагироваться от Откровения Господа нашего, от благодати, от чудес... Если вы имеете дело с атеистами, не говорите им о Боге, но поставьте себя на их уровень, в их диапазон, войдите в их систему! При помощи чего вы станете христианами-марксистами: это будут те, кого вы собирались обратить!
Этого же умозаключения придерживалась Миссия Франции, [5] и еще придерживаются многие священники в отношении апостольской деятельности в рабочей среде. Если мы хотим их обратить, нам надо трудиться с рабочими, не проявлять себя священниками, жить их заботами, знать их требования. Так мы сумеем стать закваской в тесте...

---

[3] DTC. Т. IX, col. 509.
[4] Jacques Marteau, Les catholiques dans l'inquiétude, passim.
[5] Миссия Франции — эксперимент со священниками-рабочими в 1950-х гг., осужденный Св. Престолом. — Прим. пер.

При помощи чего это будут священники, которые обратились и сделались профсоюзными агитаторами! «Да, — скажут, — но вы поймите, надо было абсолютно ассимилироваться с этой средой, не задевать ее, не производить впечатления, ! что хочешь ее евангелизировать, навязать ей истину!» Какое заблуждение! Эти люди, которые больше не веруют, жаждут истины, они жаждут хлеба истины, который эти заблудшие священники не хотят больше им уделять.

Этим же ложным умозаключением ограничили миссионеров. Да нет же, не проповедуйте сейчас Иисуса Христа этим бедным туземцам, которые, прежде всего, умирают от голода! Дайте им сначала еду, потом инструменты, научите их работать, обучите их грамоте, гигиене и... контрацепции, почему бы нет! Но не говорите им о Боге: у них пустой живот! Но я скажу так: они, именно потому, что бедны и лишены земных благ, чрезвычайно доступны Царствию Небесному, словам «ищите же прежде Царства Божия» (Мф. 6, 33), Благому Богу, Который любит их и претерпел за них, дабы они через свои невзгоды участвовали в Его искупительных страданиях. Если, напротив, вы намерены поставить себя на их уровень, то вы достигаете только того, что заставляете их роптать на несправедливость и воспламеняете в них ненависть. Но если вы приносите им Бога, то вы их облагораживаете, вы их воспитываете, вы их воистину обогащаете.

Примириться с принципами 1789 г.

В политике, либеральные католики видят в принципах 1789 г. христианские истины, без сомнения несколько извращенные. Но, однажды очищенные, современные идеалы в целом способны к усвоению их Церковью: свобода, равенство, братство, демократическая идеология и плюрализм. Это заблуждение Пий IX осуждает в «Syllabus'e»: «Римский Первосвященник может и должен примириться и вступить в соглашение с прогрессом, либерализмом и современной цивилизацией».[6]

[6] Осужденное положение № 60. Dz. 1780 [русский перевод по: Покров. № 2. М., 1999. С. 24. - Прим. пер.].

«Что вы хотите, — заявляет либеральный католик, — нельзя до бесконечности выступать против идей своего времени, беспрестанно плыть против течения, выступать в качестве ретрограда или реакционера». Больше нежелателен антагонизм между Церковью и либеральным духом, мiрским и безбожным. Желательно совместить несовместимое, примирить Церковь и Революцию, Господа нашего Иисуса Христа и князя Mipa сего. Итак, нельзя вообразить предприятия более нечестивого, более разлагающего христианский дух, благую борьбу за веру, дух крестовых походов, то есть усердие ради покорения Mipa Иисусу Христу.

От малодушия к отступничеству

Во всём этом так называемом католическом либерализме не хватает веры или, точнее, не хватает духа веры, который является духом полноты: всё подчинить Иисусу Христу, всё восстановить во Христе, «всё ... соединить под главою Христом», как говорит святой Павел (Еф 1, 20). Не смеют требовать для Церкви полноты ее прав, сдаются без боя, даже очень хорошо приспособляются к лаицизму и приходят, наконец, к его одобрению. Дом Делатт и кардинал Бийо хорошо характеризуют эту тенденцию к отступничеству:
«Широкая борозда разделила отныне [с Фаллу и Монталамбером с либеральной стороны во Франции XIX в.] католиков на две группы: тех, кто имел первой заботой свободу действий Церкви и поддержку ее прав в христианском пока обществе; и тех, кто, прежде всего, старался определить ту меру христианства, которую может вынести современный Mip, чтобы затем призвать Церковь к самоограничению».[7]
Весь либеральный католицизм, говорит Бийо, погрузился в двусмысленность, содержащую «смешение между терпимостью и одобрением»:

---

[7] Vie de Dom Guéranger, T. II, p. 11.

«Спорный вопрос между нами и либералами не состоит в осознании того, надо ли, принимая во внимание злобность века сего, сносить с терпением то, что не в нашей власти, и в то же время стараться избегать большего зла и совершать всё добро, какое остается возможным. Но вопрос состоит именно в том, соглашаться ли на одобрение <...> [нового порядка вещей], на восхваление принципов, являющихся основой этого порядка вещей, на осуществление этих принципов через слово, учение и труды, как это делают так называемые либеральные католики»,[8]

Так, например, Монталамбер, через свой лозунг «Свободная Церковь в свободном Государстве»? [9] сделается поборником отделения Церкви от Государства, отказываясь допускать, что эта взаимная свобода неизбежно приведет к положению порабощенной Церкви в грабительском Государстве. Так, например, равным образом, де Брольи напишет либеральную историю Церкви, где бесчинства христианских Императоров берут верх над благодеяниями христианских Конституций. Так, например, еще, Жак Пиу сделается глашатаем объединения французских католиков с республикой: не столько с фактическим состоянием республиканского режима, сколько с либеральной и демократической идеологией. Вот, цитируемый Жаком Плонкаром д'Ассаком, гимн «L'Action Libérale Populaire» [10] [Народного Либерального Действия] Пиу в 1900-х гг.:

Nous sommes d'action libérale
Nous voulons vivre en liberté
Pour, ou non, à volonté.
La liberté, c'est notre gloire
Crions: «Vive la Liberté!»
Nous voulons croire ou ne pas croire.

Мы из Либерального Действия,
Мы хотим жить в свободе,
Так или иначе, по желанию.
Свобода — это наша слава,
Кричим: «Да здравствует Свобода! »

Мы хотим веровать или не веровать. Припев:

Acclamons l'action libérale
Libérale, libérale
Pour tous que la loi soit égale,
Soit égale.
Vive l'action libérale de Piou.

Устроим овацию Либеральному Действию,
Либеральному, либеральному.
Ко всем закон да будет равным,
Да будет равным.
Да здравствует Либеральное Действие Пиу.

Либеральные католики в 1984 г. поступали не лучше, когда распевали свой гимн свободной школы на улицах Парижа:

liberté, liberté, tu es la seule vérité - свобода, свобода, ты являешься единственной истиной.

Какое бедствие — эти либеральные католики! Они кладут веру в карман и принимают правила века сего. Какой неизмеримый урон они наносят Церкви своей нехваткой веры и своим отступничеством.
Я закончу отрывком из Дома Геранже, полным того духа веры, о котором я вам говорил:
«Сегодня более, чем когда-либо ... общество имеет необходимость в основательных и соответствующих друг другу учениях. Посреди общего идейного разложения, одна твердость, непреклонная, насыщенная, беспримесная твердость, может быть принята. Соглашения становятся всё более и более выхолощенными, и каждое из них уносит часть веры... Итак, покажите себя ... такими, какими вы являетесь по существу, убежденные католики... Есть благодать, связанная с полным и целостным исповеданием веры. Это исповедание, говорит нам Апостол, является спасением для тех, кто его произносит. И опыт показывает, что оно также является спасением для тех, кто его слушает». [11]

---

[8] Le cardinal Billot lumière de la théologie, p. 58 — 59.
[9] Выступление в Малине 20 августа 1863 г.
[10] L'Eglise occupée, D.P.F. 1975, p. 136.
[11] Le sens chrétien de l'histoire, Nouvelle Aurore, Paris, 1977, p. 31 -32.